Погода ясная; поубита немного пыль дождем, и дышать легче.

Идет какая-то каша, в к[ото] рой не разбираюсь не только я, но и «комкор», «наштакор» с «инаркором»… По соседству с нашим корпусом слева теперь уж будет не 22-й, а только что пришедший 34-й корпус, в к[ото] ром более половины цинготных б[ольн] ых. Отложившаяся часть 49-го полка, готовая было теперь соединиться с ушедшими на позиции своими товарищами (побуждаемая к тому исключительно желудочными, но никак не идейными мотивами), но как зачумленная не принимаемая ими, остановилась недалеко от нас в деревне Ленчувке, с ревниво охраняемым захваченным ей полковым знаменем, истово предает потоку и разграблению имущество окрестных жителей и соседних войсковых частей. В таком же амплуа, как и означенная часть 49-го полка, беспрепятственно работает и много других банд российских свободных «самоопределившихся» граждан. Что всего ужаснее, так это то, что ко всем творящимся вокруг бесчинствам и разбоям наша восприимчивость настолько притупилась, как к какому-то ставшему нормальным бытом порядку вещей, что не вызывает у нас никакого чувства ужаса, а обо всех текущих безобразиях этих повествуется с такой же веселостью, как о каких-нибудь пикантных сценках посещенных кабаре.

Удивляюсь, как это не желающие воевать «товарищи» не додумались пока для улучшения своего положения забрать к себе заложниками начальников дивизий и командиров корпусов. Об этом за обедом я тихонько сказал «комкору», немало смутивши его игривое настроение духа. Армия наша еще в очень и очень тяжкой болезни, и не поправиться от нее в эту кампанию. Нет-нет! В корень уже подорвано питание клеток организма, ч[то] б[ы] он мог воспрянуть для координирования даже самообороны. Союзники наши должны бы были великодушно нас понять и милостиво нам простить… Non possumus *  … Мы в параличе…

Кравков В. П. Великая война без ретуши. Записки корпусного врача. М., 2014