Черниговская Земская газета
Стародубского просветительно-агитационное общество обратилось к местному населению со следующим воззванием. «Граждане и гражданки! Придите на помощь, принесите с любовью свои знания тому, кто бродит в потемках, тому, кто из дальнего угла, начиная видеть проблески света, ждет от вам помощи, — выведите его из мрака к солнцу! Уже приобщенный к общему празднику, к общему Читать далее
Голос Народа
Митинг.
I.
Воскресенье. К базару съехались крестьяне с пенькой и горшками. Других продуктов нет. Поэтому, почти никто ничего не покупает. Верно, горшки во всяком хозяйстве еще не перевелись, а пенька почти никому не нужна.
Готовится митинг.
Среди базара чан с водой, закрытый досками. Это — трибуна. На шесте повисает красный флаг с надписью:
«Союз рабочих Трущобска»
В единении — сила, в раздорах — гибель».
На чану стоит мужичек. Всеми и всем недоволен. Он прошел сто пятьдесят деревень — нигде ничего хорошего не делают. Все еще не успели… Нужно всех сменить и выбрать…
Кого? Других?
А есть ли люди? И возможно ли что-нибудь сделать отдельному человеку?
Да, возможно.
Каждый разумный человек сейчас должен быть на счету. Каждый разумный человек должен противиться и мешать делать дурное.
Испортить дело легко.
Наладить — трудно.
Но идет жизнь и растет сознание
Все «усовершенствуется!»
Мы должны помогать «организму бороться с болезнью.
Но никакими внешними средствами не излечишь болезни.
Организм преодолеет ее изнутри. Нужно только удалить вредные влияния, бороться с ними.
Но создавать сейчас новые устои трудно. Сейчас пора стихийного роста, внутренней работы всей страны.
II.
В толпе, раздаются возгласы о недовольстве комиссаром.
Комиссар — помещик. Комиссар — буржуй Можно ли ему верить?
Легко ли ему завоевать доверие?
Комиссар пытается говорить о том, что он считает своим гражданским долгом оставаться на посту до тех пор, пока ему не изберут заместителя.
Кажется, что попятно, иначе и быть не может. Как смещать, не выбрав заместителя.
Но толпа волнуется. Крикуны возбуждают толпу. Комиссару не дают говорить.
А через две минуты страсти утихают.
Комиссар остается на посту и ждет выборов заместителя.
Найдется ли он?
Подвинутый крестьянин называет пять имен желательных кандидатов в Трущобске комиссары. Ряд всероссийских известных имен.
Приходится разъяснять, что они заняты сейчас работой в крупных центрах, что мечтать о них, как о комиссарах Трущобска — бесплодно.
Все понимают, что этих людей не видать в Трущобске.
Ну, назовите других?
В ответ — молчание.
Комиссар остается и ждет…
Когда же придут новые люди?
Не скоро. Но они придут!
III.
Митинг продолжается.
Говоришь о хлебной монополии, об учете запасов, о повсеместном проведении пайка.
Только в том случае, если мы учтем все запасы, мы сможем правильно распределить их и справимся с продовольственной разрухой.
Стараешься набросать картину продовольственного дела во всероссийском масштабе.
Аплодисменты. Впервые с начала митинга. Хлопают только в толпе.
В той толпе крестьян и крестьянок, в которой слышался доселе только шелест от лущения семечек.
Но когда то еще будет произведен учет, а пока приходится, давать удостоверения о недостатке хлеба по целым волостям.
И крестьяне едут. Едут в Севский уезд, в Курскую губернию, на Колину.
Они уже знают, что тайно им удастся купить хлеба, заплатив за него вдвое, втрое.
Многие припрятали и ждут крестьян из пустых уездов.
Так, пока наладится работа; Комитетов, пока будет обеспечен подвоз, идет частичная борьба за существование..
Пусть, это мешает расчетам, но это неизбежно.
Так нагноение способствует заживлению ран.
Жизнь идет.
IV
Солдат. Худое обгорелое лицо. В глазах слезы.
Пришел на побывку, а дети к нему с криком:
«Тятька, привези хлеба!»
Картошку пекут, но картошка приелась детям, видимо тяжело усваивается детским организмом.
А хлеба нет.
Солдату, решившему поехать поискать хлеба, пробуют объяснить, что лучше, взяв немного — дня на два – на три, подождать. Будто бы наезды голодающих крестьян вносят путаницу в снабжение армии…
Солдат загорается.
… Армия? А здесь не армия? Дети – вот кто наша будущая армия!
Армия голодает? И пусть голодает – и пусть не кричит, а терпит.
А если армия кричит и требует хлеба вне череду — то это бабы, а не солдаты!…
Солдат почти плачет.
Со слезами в голосе дрогнувшим голосом договаривает:
«А дети то, дети то мрут.. помирать от голода дети станут.
А в детях – все наше»…
Так говорит солдат! Солдат— отец. Солдат— гражданин! И я думаю — он прав!
V
Митинг продолжается.
Первый оратор опять очень длинно и очень скучно повторяет на тысячу ладов, что нужно сместить негодных людей и заменить их другими.
Он уже «имеет предчувствие, что надо кончить речь» (как выразился о нем мой знакомый старик), а все не кончает, боится кончить!»
Но впечатление ему все равно не удается закрепить. Присутствующие на митинге расходятся понемногу. Остаешься еще на площади, долго говоришь с крестьянами, которые толпятся вокруг.
Сперва выслушиваешь их толки о способах разрешения продовольственного кризиса. Они бы и были, пожалуй, правы, если бы дело шло о Трущобском уезде.
Но дело идет о России.
Стараешься разъяснять и видишь, что тебя слушают и задумываются над новыми мыслями.
Видишь, что есть и желание, и способность понять, поразмыслить.
И начинают крестьяне понимать свою великую ответственность — крестьянством держится Россия. Крестьянским хлебом удерживается тающий русский рубль.
Крестьянским хлебом питаются рабочие и армия.
Крестьянство в шинелях решит судьбу России на фронте.голос
И растет в крестьянстве серьезность и вдумчивое отношение к происходящему.
Калика-перехожий.
В Трущобске. Митинг. I. Воскресенье. К базару съехались крестьяне с пенькой и горшками. Других продуктов нет. Поэтому, почти никто ничего не покупает. Верно, горшки во всяком хозяйстве еще не перевелись, а пенька почти никому не нужна. Готовится митинг. Среди базара чан с водой, закрытый досками. Это — трибуна. На шесте повисает красный флаг с надписью: «Союз рабочих Читать далее
Голос Гражданина
Накануне выборов в городскую думу. Великая российская революция призвала всех граждан к устроительству новой жизни. В самом непродолжительном времени по всей России начнутся выборы в городские и земские самоуправления на началах совершенно не применявшихся раньше в России. Вслед за выборами в местные самоуправления начнутся выборы верховного органа народной воли – Читать далее
Великий князь Михаил Александрович
В 10 ч. я поехал в Петроград на «Делонэ» с Марией В<асильевной>, мисс Ним, М-llе Вальвен и Дж<онсоном>. Я провел весь день у Алеши, где занимался, — до завтрака был Брандорф. В 5 ½ мы поехали в той же компании, кроме Марии Вас<ильевны>, в Гатчину. Я возил с собой Волчка, кот<орого> пришлось показывать доктору, т.к. он все еще нездоров. К обеду приехал док<тор> [Коппе] для Наташи. Он ассистент док<тора> Вестфалена пробудет здесь до завтрашнего дня. Вечером мы все сидели на террасе, пришли Шлейфера. Погода была чудная, хотя по временам были тучи, 22°, а вечер был свежий.
В 10 ч. я поехал в Петроград на «Делонэ» с Марией В<асильевной>, мисс Ним, М-llе Вальвен и Дж<онсоном>. Я провел весь день у Алеши, где занимался, — до завтрака был Брандорф. В 5 ½ мы поехали в той же компании, кроме Марии Вас<ильевны>, в Гатчину. Я возил с собой Волчка, кот<орого> пришлось показывать доктору, т.к. он все еще нездоров. К обеду приехал Читать далее
Орловский Вестник
Тифозные заболевания. В городе Брянске и уезде на почве недоедания начались тифозные заболевания. Положение настолько острое и критическое, что даже медицинский совет уездного земства не нашел другого способа предотвращения бедствий, как обратиться по телеграфу к Губ[ернской] Продов[ольственной] Управе с просьбой о немедленной высылке хлеба. До сих пор население Брянского Читать далее
Василий Кравков
Новолуние. Так дивно на небе, и так скверно теперь на земле.
Подходят гвардейские корпуса; людей как будто и много, да что толку-то в их боеспособности?
Съездил в Божикувку, где расположилась оперативная часть нашего корпуса и нек[ото]рые из санитарных учреждений. Понаехавшие «сестрами милосердия» жены начальствующих лиц страшно мешают общему делу; надо или уж воевать, или заниматься бабьими утехами, до к[ото]рых так охочи наши павианы, туго усваивающие новые требования изменившейся жизни…
Большая кутерьма: по предложению комиссара Савинкова оставшиеся под Коломыей не пожелавшие следовать на позиции наши бездельничающие и резонерствующие оруженосцы, к[ото]рые за это уже были объявлены изменниками отечества, подвергнуты были врачебному освидетельствованию в комиссии, к[ото]рая, применяя строго клиническую меру вещей, разумеется признала чуть ли не 95 % всех подлежащими увольнению в отпуск на поправку здоровья («анемия», бронхиты, эмфиземы, конъюнктивиты, ревматизм и т. п.); таким образом уволено было несколько тысяч. Ввиду того, что при освидетельствовании всех находящихся на фронте солдат из них тоже нашелся бы не меньший % «больных», и чуть ли не все наши армии ушли бы на поправку домой – означенный инцидент произвел сильное брожение среди наших солдат, занявших позиции и отрекшихся было от не пожелавших за ними туда идти товарищей как квалифицированных преступников; теперь и эти заявляют, что они не менее больны тех, к[ото]рых уволила комиссия. Претрагическое положение, когда вот-вот должно начаться наше «наступление»!.. И без данного инцидента у невежественной массы ошалевших от свободы камаринских мужичков на каждом шагу есть и создаются, выдумываются ими всевозможные предлоги, чтобы поартачиться и поотлынуть от своих обязанностей (больших трудов стоит заставить почистить лошадей, убрать помещение, устроить плацдарм и пр., и пр.); теперь «камаринские» своим коллективным умом порешили, что они только тогда пойдут в наступление после артиллерийской подготовки, когда какие-то их выборные комитеты предварительно удостоверятся, что сделана надлежащая брешь в проволочных заграждениях (с составлением, конечно, соответствующих актов, протоколов!..). Тысячами своих черепов, значит, они будут сначала обсуждать, когда нужно будет идти в бой, а немец, конечно… пообождет, пока «камаринские», вступивши в дипломатическую дискуссию с начальством и с предъявлением ему в известной «плоскости» требований и условий, не выберут для себя удобного момента нанести им смертельное поражение! Все это – сверхщедринские штрихи в происходящей трагикомедии. <…>
Церковь в Божикове. Рисунок. 1911 г. Национальный музей в Варшаве.
Новолуние. Так дивно на небе, и так скверно теперь на земле. Подходят гвардейские корпуса; людей как будто и много, да что толку-то в их боеспособности? Съездил в Божикувку, где расположилась оперативная часть нашего корпуса и нек[ото]рые из санитарных учреждений. Понаехавшие «сестрами милосердия» жены начальствующих лиц страшно мешают общему делу; надо или уж воевать, или заниматься бабьими Читать далее
Голос Народа
Редкий случай. В деревне Красная Слобода произошел забавный случай: К крестьянину Зубцову, у которого 11 лет тому назад было украдено 750 руб., явился недавно его сосед Мурасов и сказал ему: — Вот, братец, значит, я тебе 300 руб. принес, потому теперича, значит, Слобода. Вот я, значит, и принес… Возьми, — потому свобода… И значит, должен я покаяться, — потому мой Читать далее
Екатерина Брешко-Брешковская
Старая девочка очень занята и полностью погружена в решение государственных дел по всей стране. Не страна, нет, — фронт сходит с ума от идеи свободы. Молодые люди без образования и знаний воображают, что войну можно прекратить просто так, поскольку на ее начало у людей не спрашивали согласия. Некоторые высокомерные и нехорошие личности распространяют эти идеи среди новобранцев, и требуется время и усилия, чтобы убедить солдат вернуться к исполнению воинского долга. Сейчас намного лучше.
Благодаря провидению наши крестьяне, отцы и мужья достаточно разумны, чтобы ждать в их деревнях. Но молодые рабочие и молодые солдаты слишком неопытны и невежественны, чтобы быть внимательными и терпеливыми. Они воображают, что все старые заблуждения могут быть отменены черех несколько дней, но они требуют новых условий жизни, которые не могут создастся через несколько месяцев, [когда] война [лежит] на наших плечах.
К счастью, сейчас у нас есть совет министров благородный во всех смыслах. Большинство из них — социалисты, тоже мои знакомые.
После войны будет много работы, особенно для образования всего народа. Я должны быть так счастлива, что эта работа началась. Раньше я была готова уйти! <…>
Старая девочка очень занята и полностью погружена в решение государственных дел по всей стране. Не страна, нет, — фронт сходит с ума от идеи свободы. Молодые люди без образования и знаний воображают, что войну можно прекратить просто так, поскольку на ее начало у людей не спрашивали согласия. Некоторые высокомерные и нехорошие личности распространяют эти идеи среди Читать далее
Орловский Вестник
Голодовка. Голод в последние дни охватил почти весь Трубчевский уезд. Присылаемый Губ[ернской] Прод[овольственной] Управой хлеб не в состоянии уменьшить голод. Насколько население голодает, показывает следующий пример: на станции «Холмечи» лежал с марта месяца вагон гнилой муки, не принятый агентами Трубчевской Управы; по истечении двух с половиной месяцев мука, наконец, взята Читать далее
Голос Народа
В Брянском уезде голод. Население выкапывает обратно посаженный картофель, перемалывает на пищу семена гречихи. Есть селения, где начался голодный тиф. Умоляют принять все меры к усилению подвоза хлеба. Продовольственной управой сообщено об этом в Орел. Голос народа.-1917. -26 (13) июн. (№41).
Черниговская Земская газета
25 (12) июня сего года около 7 часов утра от грозы загорелся купол Троицкой церкви. Пожар продолжался около двух часов и был прекращен лишь по прибытии пожарной машины и опытного электротехника их находящейся вблизи города бумажной фабрики. Сгорели купол и служивший основанием ему восьмерик.
М. Ч.
25 (12) июня сего года около 7 часов утра от грозы загорелся купол Троицкой церкви. Пожар продолжался около двух часов и был прекращен лишь по прибытии пожарной машины и опытного электротехника их находящейся вблизи города бумажной фабрики. Сгорели купол и служивший основанием ему восьмерик. М. Ч. Черниговская земская газета. – 1917 . – 20 (7) июл. (№51).
Возрождение
25 (12) июня в первый раз заседал Комитет Трубчевского Совета рабочих и солдатских депутатов. Еще не все корпорации послали своих представителей. Дело новое. Представительницы от прядильщиц зачем-то называли своего «адвоката». Некоторые бумаги были написаны не по форме и не имели соответственных подписей. Поэтому избрана проверочная комиссия, чтобы на местах проверить Читать далее
Великий князь Михаил Александрович
В 11 ¾ [АН.]Шлейфер и я поехали на «Р<оллс>Р<ойсе>» в деревню Даймище, которая в двух верстах от д. Грязная (что по дороге в Заречье). Он там остался у знакомых, — Ивановы. Я возвратился домой в 1 ч. 35 м. Днем играл на гитаре, а после чая Наташа, Мария В<асильевна>, Дж<онсон> и я поехали на «Р<оллс>-Р<ойсс>» сначала к Адмиралтейству, затем ко дворцу, где сирень, там кусты очень попорчены, потому что все рвали сирень, кому только не было лени. Электрическую жел<езную> дор<огу> тоже испортили окончательно. Оттуда мы проехали мимо Фермы, через Ремиз на Корпиково, где Наташа сделала букет из белых фиалок, после чего мы проехали мимо Черного озера, повернули к Лисьим Буграм и поехали домой. До обеда с Беби срубил два небольших дерева около тенниса. Вечером играл на гитаре в кабинете, а Наташа и Мария В<асильевна> читали. В 10 ч. поехали на чашку чая к Джонсону. Мне очень хотелось спать, и возвратился домой в 11 ¼ . Погода была чудная, 22°, от 7 до 9 ¾ шел дождь и прошла небольшая гроза. Сирень совсем отцветает.
В 11 ¾ [АН.]Шлейфер и я поехали на «Р<оллс>Р<ойсе>» в деревню Даймище, которая в двух верстах от д. Грязная (что по дороге в Заречье). Он там остался у знакомых, — Ивановы. Я возвратился домой в 1 ч. 35 м. Днем играл на гитаре, а после чая Наташа, Мария В<асильевна>, Дж<онсон> и я поехали на «Р<оллс>-Р<ойсс>» сначала к Адмиралтейству, затем Читать далее
Голос Гражданина
25 (12) июня, в 1 час ночи, трое воров, похитив посредством взлома замка вещи их дома М. Банниковой, по Тургеневской ул., направились по Брянской ул. на кирпичный завод. Милиционер, стоявший на посту на Брянской ул., задержал воров, которые вместе с похищенными вещами были доставлены в управление милиции. Похищенных вещей оказалось на сумму 5.000 руб. Голос гражданина. – 1917. Читать далее
Василий Кравков
Получил от Сергунюшки письмо, полное раздражения и гнева по поводу распоясавшейся теперешней всероссийской хамократии и выпущенного на свободу истинно русского паскудства и бесстыдства. К вечеру получил письмо и от Лялечки, предвкушающей радости устраивающейся их общей поездки в Солотчу. Завтра едва ли начнем свои действия: тринадцатое число!! Кравков В. П. Великая война без Читать далее
Пётр Матвеев
Заседания Совета стали проходить бурно и часто затягивались за полночь. Работницы и некоторые гимназистки из бедноты стали прислушиваться к голосу большевиков. Вокруг них образовалась группа сочувствующих, горячо поддерживавших их выступления. Среди сочувствующих были учительница Екатерина Левченко, крестьянин Иван Василенко, гимназистка Александра Шук, портниха Пелагея Писарева и другие.
Заседания Совета стали проходить бурно и часто затягивались за полночь. Работницы и некоторые гимназистки из бедноты стали прислушиваться к голосу большевиков. Вокруг них образовалась группа сочувствующих, горячо поддерживавших их выступления. Среди сочувствующих были учительница Екатерина Левченко, крестьянин Иван Василенко, гимназистка Александра Шук, портниха Пелагея Читать далее
Возрождение
Детская площадка. Очевидно, что Спортивному кружку легче всего взяться за организацию «Детской Площадки». Общее собрание выскажется просто против всяких ограничений возрастом и может обусловить решающий голос 15 годами. А детвора с 3 до 15 лет будут членами-сотрудниками. Итак, пусть все, кого интересуют занятия их детей выгородят времечко зайти на имеющее быть Общее Собрание Читать далее
Василий Кравков
<…> так, мы начинаем… предстоящая неделя решит окончательно вопрос о боеспособности нашей революционной армии. Пока же все командные распоряжения исполняются «товарищами» нудно и с большими трениями; в 13-й дивизии «товарищи» отказались строить наблюдательный пункт своему «начдив»; приказания начальством отдаются стыдливо, робко и нерешительно, «товарищи» – упираются и ломаются. Страшно подумать, как новый дух в армии отразится теперь на результатах предстоящей операции, являющейся для нас va banque * ; а немцы уже выбросили плакаты с уведомлением, что они осведомлены о нашем готовящемся наступлении и собираются встретить нас хорошим гостинцем. Живешь в ежеминутном ожидании смерти от внешнего врага и от своих дикарей, к[ото] рые в озлоблении от неудачи бросятся избивать нас – «начальство», «буржуев». <…>
<…> так, мы начинаем… предстоящая неделя решит окончательно вопрос о боеспособности нашей революционной армии. Пока же все командные распоряжения исполняются «товарищами» нудно и с большими трениями; в 13-й дивизии «товарищи» отказались строить наблюдательный пункт своему «начдив»; приказания начальством отдаются стыдливо, робко и нерешительно, «товарищи» – Читать далее
Возрождение
Граждане села Кокина обратили в свое пользование сенокосные угодия И. Халаева. Арендаторы Елисеевской волости Брянского уезда, законтрактовавшие сенокосные участки еще в 1916 году на 3 года, просят кокинцев дать им использовать сенокосы хотя бы только в этом году. Возрождение. – 1917. – 24 (11) июн. (№2).
Великий князь Михаил Александрович
Утром Александр Н<иколаевич> [Шлейфер] мне читал «Новое Время» на террасе, — Алеша пошел в собор. К завтраку приехал Борис на нашем моторе из Царского [Села]. Днем сидели на террасе, потом пошли к Шлейферам. В 4 ½ у себя пили чай, после чего Борис уехал в Царское, а Наташа, Мария В<асильевна> [Шелаггутина], Гужон и я поехали на моторе через Зверинец в Ремиз. Там Читать далее
