Мининг на Скобелевской площади в Москве. 1917 г.

На митингах слова никто не просил. Его брали сами. Охотно позволяли говорить солдатам-фронтовикам и застрявшему в России французскому офицеру — члену французской социалистической партии, а впоследствии коммунисту Жаку Садулю. Его голубая шинель все время моталась между двумя самыми митинговыми местами Москвы — памятниками Пушкину и Скобелеву.

Когда солдат называл себя фронтовиком, ему сначала учиняли шумный допрос. «С какого фронта? — кричали из толпы.- Какой дивизии? Какого полка? Кто твой полковой командир?»

Если солдат, растерявшись, не успевал ответить, то под крики: «Он с Ходынского фронта! Долой!» — его сволакивали с трибуны и заталкивали поглубже в толпу. Там он смущенно сморкался, вытирал нос полой шинели и с недоумением качал головой.

Паустовский К. Г. Повесть о жизни. В 2 т. М., 2007

Торговые залы на первом этаже дома Фаберже по Большой Морской в Петрограде. 1910-е гг.

В 9¾ Наташа, Георгий [Михайлович], Дж<онсон> и я поехали в Петроград. Дж<онсон> и я поехали к Кнопу, затем к Денисову Уральскому, оттуда к Алеше, где мы завтракали, в 1 ч. и Наташа приехала. Днем приехал кн. Шерваптидзе, кот<орый> приехал из Киева. К чаю приехала Наташа, после чего мы поехали к Фаберже. Там к нам присоединился Георгий [Михайлович], и мы все поехали в Гатчину с 6-ч. поездом. Погода была туманная, 2° теп<ла>.

Великий князь Михаил Александрович. Дневник и переписка Великого князя Михаила Александровича. 1915-1918. М., 2012. С. 405

Особняк Морозовых на Воздвиженке в Москве. Фото начала 1900-х гг.

Марья Васильевна [Эртель] взяла меня с собой в особняк Морозовой. Это не двухэтажный дом своеобразной архитектуры на Воздвиженке около Арбатской площади, а другой, рядом с ним, — одноэтажный особняк за решеткой ограды. Идем на встречу с Брешко-Брешковской.

Проходим анфиладу роскошных комнат, обставленных старинной мебелью. Много картин, ковры, горки старинного фарфора и хрусталя. Не помню всего, что говорила седенькая старушка. Основная тема была о необходимости воевать до победного конца. Хорошо запомнила слушателей. Тут были живые лица, хорошо известные мне по холстам Репина и Серова. Были Маклаковы, Корзинкины, Боткины, Четвериковы, известные профессора, адвокаты. Я с интересом рассматривала этих людей, потому что хорошо уже тогда понимала, что никогда больше их не увижу, что это навеки уходящая Москва.

Шуб Э. И. Жизнь моя – кинематограф. М., 1972

Великая Княгиня Ксения Александровна и Великий князь Александр Михайлович.

В 11 ч. мы все с детьми поехали во дворец к обедне. Днем Дж<онсон> и я сделали прогулку в роще, что за железной дорогой. До чая я отдохнул. В 6 ч. мы поехали ко всенощной. Возвратившись домой, я играл с Доменичи на гитаре, после обеда продолжал играть до 9 ½. Погода была темная, 3° теп<ла>. Еще полная зима, снега очень много. Сегодня Мама, Ольга [Александровна] и Сандро должны были приехать в Ай-Тодор, а [великая княгиня] Ксения [Александровна] собиралась выехать туда из Петрограда, если только ей дали вагон.

Великий князь Михаил Александрович. Дневник и переписка Великого князя Михаила Александровича. 1915-1918. М., 2012. С. 404

Главный зал Епархиального дома в Чернигове. 1910-е гг.

25-го марта  * , в 11 часов утра, Губернский Комиссар М. А. Искрицкий объявил заседание открытым.

На обсуждение исполнительного комитета ставится вопрос об образовании при комитете постоянного бюро для подготовительных работ по разработке общих мероприятий, которые комитетом должны быть проводимы в жизнь.

Комитетом постановлено:

1) Избрать в указанных целях постоянное бюро комитета в составе 15 лиц из гг. членов комитета, включая в это число президиум последнего, который должен состоять из его председателя, двух товарищей председателя и двух секретарей.

2) Кроме этих лиц, в состав бюро входят с правом решающего голоса гг. Губернский Комиссар, его заместитель, уполномоченный комитета по продовольствию и его помощник.

3) К участию в заседаниях бюро могут быть приглашаемы с правом совещательного голоса также специалисты по различным отраслям народного хозяйства и другие лица, участие которых бюро может быть признано полезным при разработке вопросов.

После этого закрытой баллотировкой избраны: Председателем комитета И. Л. Шраг – единогласно.

Товарищами председателя: В. К. Селиванов и А. М. Стрелков.

Секретарями комитета: В. И. Курочкин и Т. П. Хильченко.

Членами бюро избраны: Н. В. Высоцкий, А. Г. Пасит, В. И. Володюк, А. И. Иванов, П. А. Бакулин, М. Н. Зубвов, Е. Н. Образцов, Г. Н. Шматок, И. Ф. Хмелевцов и Чайка.

В виду отказа В. К. Селиванова, избранного по большинству голосов старшим товарищем председателя комитета, от этой должности, — комитет постановил: считать старшим товарищем председателя А. М. Стрелкова. <…>

По предложению члена исполнительного комитета г. Хмелевцева, обсуждался вопрос об осведомлении населения о постановлениях и распоряжениях комитета.

По внесенному вопросу постановлено: создать для указанной цели особую газету, поручив бюро избрать для разработки деталей этого вопроса комиссию из его состава. На издание газеты могут быть взяты те средства, какие ныне казной отпускаются на «Черниговские Губернские Ведомости» и использована губернская типография.

По предложению члена комитета г. Бакулина, комитет высказался за желательность обращения ко всем работающим на фабриках и заводах о желательности скорейшего объединения их в губернский совет рабочих депутатов.

В виду возбужденного членом комитета Хмеленцовым вопроса и необходимости командирования уездными земствами врачей на предстоящий «Пироговский съезд», комитет постановил: так как выяснилось, что некоторые из земских врачей командируются на этот съезд, то предложить этим врачам, по окончании съезда, представить свои доклады о результатах их командировки. <…>

Черниговская земская газета. – 1917. – 10 апр. (28 марта). (№25). С. 9